Прочитайте, как обстоят дела у сайта Дневников и как вы можете помочь!
×
16:41 

Stella Lontana
Тоска по совершенству? Ну-ну! (с) Ундервуд
И чтобы два раза не вставать - тоже от FleetinG_ - рассказ о фильме "20000 лье под водой" 1997 года, в котором внезапно обнаруживаются два Немо и два Аронакса, а также присутствует капитанская дочка

Пишет FleetinG_:
29.09.2012 в 17:31


Попутно меня навели еще на один фильм - и, полноты ради, не могу не сказать несколько слов и о нем. Хотя добрых слов из них будет мало... до такой степени, что даже не хочется заводить под него отдельный пост. Но отдельные тенденции просматривать буду.
Это американско-австралийский фильм 1997 года, если что.



1. Крик души номер раз, про рыбок и тому подобную ерунду.

Вот смотрю я фильм, и буквально из каждого кадра лезет мнение сценаристов, что у Верна неудачный storytelling и (опять сошлюсь на ту англоязычную статью):

Ричард Флейшер замечал, что, когда они с Фельтоном решили написать годный сценарий, у них «появилось острое сознание, что там нет настоящей истории, только серии инцидентов» (...)

И оттуда же ужасно меня насмешившие слова сценариста:

«Все помнят подводное погребение, атаку людоедов и бой с гигантским кальмаром, так что нам пришлось включить эти инциденты. Мы использовали их в другом порядке и по-другому, потому что рассчитывали на то, что никто и никогда особо внимательно книгу не читал».

Между тем, помимо приключений людей в океане, немалая часть романа посвящена собственно океану – его жизни, обитателям, бесконечному разнообразию и привлекательности. Собственно, именно ради этого построена событийная фабула, а не наоборот. Полностью ограничивать повествование рассказом о персонажах – значит грызть шампур и выбрасывать шашлык. Между тем даже мне, ни разу не природоведу, этот шашлык был вкусен как прежде, так и сейчас – и как бы все это выиграло от визуализации на экране!

Однако фильм 1997 года (а это вам не пятидесятые и не семидесятые, техника все-таки шагнула!) упорно держит нас в пространстве подводной лодки.
Там есть _один_ эпизод с подводной охотой и _несколько_ видов моря, да и те с поверхности. С таким же успехом можно было бы держать героев в каком-нибудь бункере на каком-нибудь острове... или даже на материке.

В качестве компенсации они напихали туда Очень Много Всякой Всячины и наивно полагают, что это будет интереснее, чем океан. Там есть и масса новых героев, и открытие Атлантиды, и упорные попытки бежать из плена, и запутанные семейные отношения, о которых еще будет, и расовые трения, и подрывные устройства, понатыканные капитаном по всему мировому океану в целях борьбы с землетрясениями... и все это предназначено для целевой аудитории Фильмов с Погонями и Драками (о да, это тоже будет). А целевая аудитория подобного фильма, на мой взгляд – это зрители канала «Дискавери» и фильма «Птицы» (ну да, я ни тем, ни другим не являюсь - и что с того?) Ей, я думаю, обидно – ибо любой турист, часок поплававший с маской в Красном море, видел куда больше, чем экипаж «Наутилуса». При этом они там плывут через Саргассово море, якорь им (киношникам) в глотку!

Тем досаднее, что эти люди умеют, черт побери, снимать красивые картинки. В том числе и под водой.



Правда, море у них несколько чересчур компьютерное – особенно по сравнению с живым морем Одесской киностудии, из которого я тут все никак не выплыву




Небо оставляет человека наедине с самим собой. Океан всегда существует вокруг, а небо освобождает пространство для раздумий.



Ну и заодно про антураж «Наутилуса». Его конструкция даже по сравнению с «барочным» вариантом пятидесятых годов причудлива; я вообще с трудом понимаю, как это плавает - видимо, как электрический скат.



Интерьеры по-прежнему отличаются роскошью. Автоматические двери открываются наружу, а не разъезжаются, что выглядит куда мистичнее.



Орган вкупе с Бахом присутствует – правда, Аронакс докапывается, что на корабле есть еще ноты Россини, Гуно, Моцарта и даже новомодного Вагнера.



Мясо, овощи, сливки, сахар – все есть в морских глубинах. (хотя, увы, ближе стол не показывали и процесс угощения обошли мимоходом)



А в музее «Наутилуса» самая примечательная часть – «Свобода на баррикадах» -и вот какими глазами смотрят на нее пленники...



Внутрикомандного языка здесь нет, но состав команды недвусмысленно интернационален. И команда наконец-таки одета не в единую форму, а кто во что, включая корсеты :)



Ну и скафандры, разумеется...



2. Крик души номер два, про амбивалентность и многогранность. А также Немо и Аронакс.

Ну, знаете... Я понимаю, что в двух рассмотренных ранее фильмах, дабы совладать с этой самой амбивалентностью, герои по воле кинематографистов то высветлялись, то затенялись. Но я впервые вижу, чтобы они так прямолинейно распадались надвое. Оба. Одно качество пошло налево, другое – направо, алле-гоп, «раздвоение личности, или черта с два»!



Вот вам, пожалуйста, оба Аронакса. Отец (Джон Бах) и сын (Патрик Демпси). Один – пожилой и почтенный, зато другой – любопытный и восторженный. Младшему отошло все обаяние, старшему – весь житейский опыт. Один сделал себе имя в науке, другой написал книжку, да не просто про какие-то там тайны, а прямо под названием «Криптозоология морских глубин» («ой, умны-ый!» (с) Насколько я понимаю, там особых и знаний-то нет, а все одни гипотезы – вот иллюстрация, к примеру:



Но подобные вивисекции не проходят даром – молодой Аронакс сделался милым, но беспомощным в житейском плане щенком (даже если щеночком, это мало что меняет). Нет и в помине какой-либо моральной дилеммы в его поведении – чаще всего он идет за тем, кто поведет его за собой. Впрочем, он лишен ненужного упрямства, умеет не только признавать, но и исправлять свои ошибки, что все-таки кажется скорее свойством характера, чем воспитания и образования.

– Вот и все ваши теории. Вы не очень-то расстроены из-за того, что ошибались. – Чем чаще ошибки бывают доказаны, тем ближе мы подходим к истине.



Характерный эпизод – когда на корабле матросы бросают утопающему веревку, младший Аронакс вертится у них под ногами и «тоже помогает», хотя вполне справились бы и без него.



А старший из Аронаксов выглядит и вовсе негодяем, склонным постоянно и публично унижать сына, даже на его выступлениях:

Вас ослепил магический свет его видеопроектора? Он предлагает нам какое-то карнавальное шоу вместо научной лекции.



Или, перед отплытием младшего в экспедицию:

Я пришел попрощаться. – Как сентиментален мой сын! Что ж, до свидания. - Мы отправляемся на охоту за морским чудовищем. Возможно, мы не вернемся. – Хочешь сказать, что я могу больше тебя не увидеть? Что это наша последняя встреча? Пламенное прощание? Хорошо, тогда передавай привет русалкам.

Как выясняется позже, отсутствие человеческих чувств к сыну – не единственный его грех, ибо как ученый и как гражданин Аронакс-старший тоже небезупречен. Но это и неудивительно: он ведь обижает такое милое существо, чего еще от него ждать?

Хотите вы получить шанс доказать свою правоту? Или вы предпочитаете, чтобы всю оставшуюся жизнь вас называли «юным Аронаксом»?



А вот два Немо – капитан (Майкл Кейн) и отпочковавшаяся от него капитанская дочка (Миа Сара). Одному досталась вся упертость и суровость, другой – нежность и стремление делиться познаниями (и интерес к Аронаксу заодно).



Капитан похож то ли на протестантского пастора, то ли на учителя фехтования. Из всех виденных мною Немо этот, пожалуй, самый сдержанный – и самый пожилой. Он совсем не подвержен внезапным вспышкам ярости, если она и присутствует, то холодная и обдуманная. Какой уж там безумный глаз в объективе!



Капитан занимается тем, что ведет корабль, помогает повстанцам (которых мы, правда, не видим – и вообще контакты с внешней средой здесь никак не упомянуты, так что ставим несколько очков в графу «асоциальность»), разбрасывает по морскому дну взрывчатку, чтобы взорвать ее всю одновременно и этим добиться конца света... то есть нет, конечно, положить конец подводным землетрясениям (но упоминается, что при этом есть шанс заодно свернуть Землю с орбиты). Тема технократии в борьбе с природой раскрыта более чем (даже более, чем надо).

Укротить природу? Ты оставил цивилизацию, чтобы жить в единении с природой! Ты больше ей не доверяешь?

Как и в фильме пятидесятых годов, ученость в борьбе с природой вовсе не одерживает верх (естественно, потому что опять, в отличие от книги, капитан пытается не объединиться с природой, а насиловать ее) – и, в отличие от того фильма, капитан не всегда выглядит бессильным, но именно поэтому его упертость заводит его в тупик, и даже чаще. Характерна следующая сцена: выбираясь из-под льдов, капитан смотрит на поверхность со страхом и надеждой – очевидно, тут опять не приходится говорить о безупречном научном предвидении.



А вот мотивы, по которым Немо ушел от мира, не раскрыты почти совсем. Даже «сцены гекатомбы» в фильме нет – от активно преследующего его корабля он только отбивается. Почему он раньше топил корабли, неизвестно - в очередной раз, если мы их не видели, то и черт с ними. Разумеется, он опять не индиец, и мы даже толком не узнаем, как и почему погибла его жена – дочку убить не удалось, понятное дело.



Дочка занимается тем, что всех лечит, проводит научные исследования и имеет достаточно здравого смысла, чтобы спорить с отцом, с которым тоже не всегда находит общий язык.



У меня серьезные опасения по поводу наших бомб, отец. Мы надеемся, что наши устройства положат конец землетрясениям, и наш дом не будет уничтожен, как это случилось раньше. Мы верим, что природа будет вести себя так, как мы это запланировали. Не слишком ли это самонадеянно? – Месье Аронакс научил тебя этим мыслям? – Это мои мысли! Которые он, по крайней мере, выслушивает!

И да, это она с восторгом прочла Аронаксову книгу, влюбившись в нее, а потом в ее автора.

Вы читали мою книгу? – Я не могла оторваться от нее! Она такая любопытная, такая удивительная... – Я писал ее не в качестве юмористической. – Не обижайтесь. Как вы узнали, какие существа обитают в глубинах? – Они смеялись надо мной. – Кто над вами смеялся? Как они смели? Они должны были восхищаться вашим неординарным умом. Я сделала эту статуэтку много лет назад, потому что влюбилась в вашу книгу. Я никогда не встречала человека с таким глубоким внутренним миром.



Впрочем, доля отцовской асоциальности досталась и ей – сначала ее вообще ото всех прячут, и сам капитан не выдает ее присутствие своим гостям. Когда Аронакс лишается руки, это она предстает перед ним, теряющим сознание от боли, воплощением благодатной женственности после мужских разборок за первое место – «то ли девочка, а то ли виденье»...



После чего дальнейшие отношения двух младших половин описываются фразой из детской песенки: «они вдвоем теперь витают и ничего не замечают». Даже когда «Наутилус» оказывается в экстремальной ситуации, они только и занимаются тем, что пребывают вместе.

Разве вы не должны быть рядом с отцом? – Если у нас в запасе остался один час, я должна провести его с вами!



Причем нельзя даже сказать, чтобы Аронакс ее как-то особенно эффектно спасал - когда корабль горит, они остаются в горящем пространстве, и их обоих фактически вызволяет Ленд, удачно метнув гарпун в нужную деталь, а когда корабль остается под толщей льда без кислорода, они тоже смирно ждут конца в одной каюте... Что-то похожее было у Каганова про эпос травоядных. Вне экстремальной ситуации они смотрят на небо, осознают, что мир прекрасен не только в глубинах, но и на поверхности, да и вообще в области личных отношений не теряются, особенно девушка.

Я пришла сюда не для того, чтобы смотреть, как ты пишешь. – Твой отец предупреждал, чтобы я не смел соблазнять тебя. – Женщина либо предлагает себя, либо нет. Только соблазненные женщины не хотят, чтобы их застигли в тот момент, когда они себя предлагают.



Ой, кажется, зря капитан прихватил в свою библиотеку французские романы...

Что до «старшей половины» Немо, то их взаимодействие с «младшей половиной» Аронакса при заданных условиях практически можно было бы уложить в схему «тесть-зять».

Для меня важно, что моя дочь была не одна в минуты опасности. Она явно привязалась к вам. – Если позволите. Я понимаю желание отца защитить дочь и не вижу причин злиться. – Много лет назад я был другим человеком. Я путешествовал по странам мира со своей семьей, пытался избежать войн, но это не всегда было возможно. Я не хочу восстанавливать обстоятельства, достаточно будет сказать, что моя жена заплатила страшную цену за мою наивность. Это произошло у меня на глазах. В отличие от матери, Мара осталась жива – она была слишком мала, чтобы враги ее заметили. Но то, что она видела, глубоко повлияло на нее. Я был обязан защитить ее от вероломного мира. Возможно, она больше не нуждается в моей защите. – Или у вас в этом появился союзник.



Однако присутствует один нюанс: у младшего Аронакса такие отношения с отцом (ну и такой отец, по большому счету), что он бессознательно ищет в Немо своего «настоящего отца». А Немо, по тому же счету, нужен в его лице союзник, и он не прочь привлечь его на свою сторону, хотя бы и в качестве сына. Я почему так цинично оцениваю ситуацию – очень уж тот ему недвусмысленно льстит...

У меня есть одна из монографий вашего отца по океанографии. Но гораздо больше я ценю работы, опровергающие его теории. В ученых кругах он более известен своей напыщенностью и стремлением к славе, чем научной аккуратностью. В отличие от него, ваш вклад в изучение океана гораздо более весом. Ваш отец, судя по всему, всю жизнь старался унизить вас. Что еще он мог поделать? Вы представляли для него угрозу. Аронакс всегда был самым большим вашим врагом. Жаль, что у вас не было отца, который сумел бы разглядеть ваши истинные таланты.

Между тем, когда Немо таким образом толкует повторяющийся кошмарный сон Аронакса-младшего, он явно намеренно переводит стрелку на его отца. Потому что этот сон - явно про "Наутилус", когда героя, затопленного водой, ловит в сеть и поглощает электрический скат...



Да и фигура в проеме во время этого сна - именно так впервые появляется на сцене капитан Немо.



Вообще, создается впечатление, что авторы фильма не только слышали ту песню, которая в заглавном посте, но и слегка ее экранизировали - про "дом, залитый водой" - это главная тема Аронаксова глюка, а еще там есть пространный эпизод про "кислорода не хватит на двоих" (каноничный, конечно, но все же...)



Возвращаясь к отношениям старшего Немо с младшим Аронаксом, следует признать, что после инцидента с попыткой диверсии, когда младший взялся единолично исправлять ее последствия, при этом лишившись руки, капитан его в чем-то зауважал. И даже руку ему новую приделал. Как у себя.

Спасать было нечего. Нам пришлось сделать замену. Кое-кто предлагал бросить вас за решетку и оставить обрубок. Но ваше мужество заслуживает большего. Та небольшая боль, которую вы испытали, умножится неоднократно, если вы ошибетесь во мне. Я сам изобрел этот сплав, хотя у вас – улучшенный вариант.



Ну что, Люк, понял, кто твой настоящий отец?



После чего ученая троица образует недвусмысленную коалицию - чем опять практически снимается моральное напряжение, характерное для героев в романе. Фактически младшего Аронакса просто утянули в команду "Наутилуса" (даже в руководство), а своим товарищам по несчастью он сочувствует, но постольку-поскольку, и больше восторгается открытиями капитана и его дочерью. И им, по большому счету, он тоже не особенно нужен, хотя иногда они пытаются его стимулировать на их освобождение.



3. Про свободных и узников. Ленд и... нет, не Консель.

Итак, эмоциональный треугольник, помянутый ранее, фактически распадается, оставляя две противоборствующие стороны. Займемся теперь той стороной, цель которой - покинуть "Наутилус", а все остальное неважно.

Нед Ленд (Брайан Браун), как ему и положено, отчаянно рвется на волю. Правда, он хотя бы серьезнее диснеевского героя - простой незамысловатый дядька, которому поставь преграду, и он будет долбиться в нее лбом, пока не пробьет.



Сначала, конечно, лоб пробьет, и не раз, но даже тогда его можно зауважать за упорство.

Вы трижды пытались бежать. Пьер потерял руку, а вы – значительную часть своей кожи. Какой вывод следует сделать? – Что мы не сдадимся, пока будем живы. – На вас напала акула, и я спас вам жизнь. – Простите, если я захотел распорядиться ею сам.



Что обиднее всего, ему дадут попробовать вкус свободы, но на затерянном острове настигнут его не туземцы, а команда, вышедшая на его поиски.



Ну, конечно, неизбежный гарпун, которому юный Аронакс может противопоставить даже не факел...



(А сигар, кстати, нет – даже на борту «Наутилуса»! Курить в девяностые годы уже вредно!)

И предсказуемый конфликт с капитаном, по итогам которого Ленд попадает в тюремную камеру «Наутилуса» (звучит, правда? замкнутый в замкнутом, понимаешь...)



Вот хотелось бы мне запараллелить рассказ о фильме 1997 года с двумя предыдущими, а как это сделать, если оттуда исчез Консель? Понятное дело, лакеев нонеча нету. Да и молодого профессора нечего баловать, вон его даже палубу драить заставили. Именно потому, что образованный - развелось тут их, понимаешь, только носятся со своими идеями да небо зря коптят...



Но, чтобы палуба не слишком кренилась от нехватки персонажа, появился еще один – на самом деле он даже не слуга, а чернокожий раб, зато бывший. Аронакс считает его другом, остальные – его слугой (вообще-то это неправда, профессор только помог ему на поезде проехать, когда кондуктор выкинул предъявленный ему билет, но какому белому человеку есть до этого дело?) Зовут Кейб Аттакс (играет Adewale Akinnouye-Agbaje). Вот такой.



Еще он очень гуманный и прогрессивный, поэтому к нему переходят обязанности резонера, которые младшему варианту Аронакса явно не по плечу, ему и так черную этику вместо белой встроили. Поэтому Кейбу отданы моральные сентенции и борьба за природу – с Лендом, разумеется, как самым активным вредителем природы.

Пьер, вы ведь ученый. Объясните, мы ищем чудовище и готовы убивать без предупреждения? Нам все позволено? Почему он (Ленд – F_G) называет это работой? – Это профессия мистера Ленда, он может потерять сноровку к тому моменту, когда это понадобится. – Это то, что делает мужчину мужчиной! – Я хотел быть героем, а это не героизм. – Это и есть героизм – бороться с природой и доказывать себе, что ты еще силен! – Человек превращается в зверя, если он всегда готов убивать.

Но по отношению к капитану он выступает яростным противником, тоже из принципа:

Никто не получал свободы без борьбы за нее. Мой великий дед сражался за свободу, и я делаю то же самое!

И он не переходит к Ленду со стороны Аронакса, потому что никогда не был ни на одной из двух. Это видно даже по тому, как они все попадают в море: Кейб в продолжение дискуссии ударом кулака сшибает Ленда за борт, Аронакс поднимает тревогу и участвует в сбрасывании ему каната, а потом помогает Кейбу вытаскивать Ленда. Когда тот срывается, Кейб бросает ему мешок и ныряет вслед за ним – и только тогда Ленд, уже в воде, видит «морское чудовище», но команда не стремится его спасать, а атакует «Наутилус». Аронакс попадает в волны только тогда, когда «Наутилус» отвечает на атаку корабля, ему сразу же достается обломком по голове, после чего он теряет сознание.



А знаете, почему он там именно чернокожий? Чтобы уесть капитана вот в этой сцене, когда вслед за Лендом он попадает в камеру за неповиновение.

Я хотел, чтобы вы взглянули на себя, стоя передо мной. – Вы не оставили мне выбора. Если бы я дал вам свободу, о которой вы просили, вы уничтожили бы меня. – Я не впервые слышу подобные слова. Пьер говорил, что вы помогаете угнетенным. Думаю, все меняется.

Символ «негр в цепях» (цепей только в этом кадре не видно) - он как-то сразу символичнее, чем белый в цепях. Капитан, во всяком случае, проникся. Цепи снял, причем сразу с обоих узников. И то сказать, либо уж держать в кабинете портреты освободителей, либо держать людей в клетке прикованными...

На стороне Неда Ленда никакой правды нет, но его упертость дает больше плодов. Опять наукократия оказывается в проигрыше (хотя сочувствие сценаристов, похоже, на ее стороне): умственная доблесть рассыпается, стоит только физической доблести разбить стекло, которым та отгорожена от внешней среды. В буквальном, разумеется, смысле, как последняя из многочисленных диверсий Ленда. После чего он сбежит на корабль, преследующий «Наутилус», и выдаст с потрохами всех, кто остался на подводной лодке.

Вообще по сравнению с романом герои этого фильма как-то более склонны к низменным приемам – не только Ленд, который на подводной охоте стал стрелять не в спрута, а в членов команды (спрута, угрожавшего ему, после этого вывел из строя капитан). Аронакс, когда Кейб честно вызывает капитана на кулачный бой, «как мужчина мужчину», воспользовавшись моментом, бежит освобождать Ленда и помогать ему в очередной диверсии. Но и сам капитан - по крайней мере, в глазах зрителей – нередко выступает манипулятором и мастером провокаций. Во время указанного поединка с Кейбом он намеренно экономит силы, позволяя противнику наносить удары, тем временем растравляя Кейба словами, что он такой же, как любой «человек с поверхности».



Вы доказали, что в драке вы сильнее меня. Вы, люди с поверхности, все одинаковы – сражаетесь за мир, деретесь, чтобы победить, ненавидите землю, ненавидите океан, ненавидите друг друга. Посмотрите на себя – вы такой же, как остальные.

Но вот Кейб подает упавшему капитану руку, чтобы тот поднялся...



...и, поднявшись, капитан сжимает его руку своей. Железной. После чего серьезно избивает.

Разве все так просто? За все приходится платить... Это то, чему мы научились у вас. Мы – люди, или мы – машины для убийств?



Вообще одна из основных идей капитана – что свобода, вожделенная для его узников, представляет собой сплошные ограничения. Так, указывая в иллюминатор на мертвый корабль (который сейчас он будет «разграблять», по терминологии Кейба), он говорит:

Я хотел бы, чтобы вы увидели истинных рабов этого мира – мертвецов. Теперь они свободны от его тирании, даже, возможно, больше, чем мы.

Когда, с подачи Кейба, он выпускает узников из камеры и сажает за обеденный стол, он отмечает:

Спасибо, что преподнесли мне лучший из всех возможных даров – вы заставили меня думать.

И тут же дает Ленду свободу – но совсем не в том смысле, что ему можно выбраться из «Наутилуса», а в виде предоставления ему выбора, отключить или не отключить все взрывные устройства капитана (единым пультом, разумеется).

Какую большую свободу мог я вам предоставить, чем вверить нашу судьбу человеку, доверяющему нам менее всех остальных?

Чем Ленд, впрочем, незамедлительно пользуется, в своем характерном стиле: бесцеремонно и не задумываясь, он швыряет пульт управления об стену. А вот когда весь экипаж уходит обосновываться в открытой им Атлантиде, Ленда, под предлогом того, что ему надо долечивать раны, заботливо оставляют на его койке. В цепях.
Заодно упомяну еще одно принципиальное расхождение с романом: трое пленников «Наутилуса» не принимают участие в общей работе, даже когда корабль вызволяют из-подо льдов. Правда, Аронакс остается рядом со своей возлюбленной (но они ничего при этом не делают, только ждут неизбежного), а Ленд во время пожара получает шанс удачно метнуть гарпун, сбив необходимый для тушения клапан. Но в целом более показательна такая вот цитата (из Ленда):

- Я не чувствую возможности работать на людей, которые посадили меня под замок. – Сочувствую вашему положению, но работа могла бы вас отвлечь. – Мне есть чем заняться.


4. И опять про женщин. Что ж ты будешь делать...
Женщины опять наличествуют, и их много. Целых три – и вовсе не в таком раскладе, как можно было бы подумать. Капитанскую дочку мы уже видели, в завершение еще можно посмотреть на нее вместе с капитанской женой:



Индийский ныряльщик стал малайской ныряльщицей,



которая составила неплохую интернациональную пару с Кейбом,



оказалась на стороне пленных и принимала участие в их освобождении,



а еще она здорово рисует, почти как художники в советском фильме



Самое интересное, что касается ее – экипаж «Наутилуса» вовсе не помогает ей в ее трудах, а наоборот, она мешает планам капитана, обнаружив одно из его взрывных устройств, после чего ее, впавшую в кому после взрыва, забирают на судно. Не столько ради ее спасения, сколько чтобы она не выдала кому-нибудь его секретов. Все это - опять же в тему о прогрессивности и гуманизме, которые явно уменьшены по сравнению с романом. В процессе обезвреживания устройства гибнет один из экипажа (кстати, подводное погребение производится в этом фильме наименее почтительно – после торжественного монолога усопшего буквально выбрасывают в люк).



Есть и еще один женский персонаж – любовница обоих (!) Аронаксов по имени Лидия.



Старшего – по полной программе, включая ее денежное содержание,


младшего – на уровне мечтаний и одного поцелуя


Лидия, вы очень великодушны, оказывая ему снисхождение. Но не старайтесь изображать из себя его мать. Его родная мать умерла, рожая его. Он может быть очень жесток с матерями.



Разрыв между мечтой и реальностью кончается ударом по лицу (буквальным!), полученным женщиной со стороны старшего Аронакса, после того, как тот узнал про поцелуй. Затем старший уходит в море, а Лидия остается на берегу, чтобы забыть обоих и продать историю «Наутилуса» одному французскому писателю.

В общем, сделано все, чтобы никто не остался без положенной ему пары - а если рассеянный писатель кого-то и забыл, то сценаристы дело поправят. Один Ленд ходит бобылем - видимо, не заслужил.

5. Ну и про финал.

Итак, у Аронакса появляется «хороший отец»...



... а у Немо - "настоящий сын"...



(Лично мне подобные явления кажутся не очень полезными. В нашей жизни не так много неизменяемых факторов, и если уж постулат «родителей не выбирают» туда попал наряду с фактом смертности, значит, что-то в этом есть существенное. Может быть, предостережение от поиска идеальности в ком бы то ни было, или тренировка умения находить в человеке положительные черты, даже если лучше видны отрицательные, может быть, тренировка приспособляемости, а может быть, сама необходимость _что-нибудь делать_ с этой проблемой (включающей вариант «убийство отца по Фрейду», не обязательно физическое, и даже вариант «расплеваться и забыть», иногда как самый достойный).

Но пока что «плохой отец» Аронакса никуда не девается, а наоборот, выходит на поиски подводного судна, унесшего жизнь его сына - разумеется, вовсе не из-за нежных чувств к нему.

Куда бы я ни пришел, все говорят о нем. Я пытаюсь что-то объяснить, но если я говорю не о Пьере, никому это не интересно.

И вот после того, как Ленд разнес все, что мог, в пух и прах, а вражеский корабль стоит рядом и готовится разнести "Наутилус" (не успеет, он сам взорвется на мине, да еще вместе с Немо-дочерью), встречаются два отца по обе стороны баррикад(прямо вспоминается рассказ Мориса Леблана о человеке, у которого было две матери).
Отойдите в сторону, юноша. Дайте поговорить мужчинам.



Вас не волнует, что я жив и в безопасности? – Ты мой сын. Я не обязан лебезить перед тобой. – Нет. Я больше не ваш сын. Нед Ленд – ваш сын, и ему подобные! - Теперь этот корабль принадлежит нам. Мы приведем его в Вашингтон и станем генералами... Или нет, не в Штаты – в Париж, к императору! Мы будем ждать, кто больше заплатит.

Старший Аронакс не склонен к долгим предупреждениям и умеет быстро стрелять. Зато старший Немо знает секрет, как тут все взорвать к чертовой матери, а младший Аронакс - единственный, кто может ему в этом сейчас помочь...
Я обладаю средством уничтожить все судно при первых признаках опасности. Никто и никогда не использует «Наутилус» как оружие войны.



Так что в финале «Наутилус» традиционно гибнет вместе с капитаном – я так понимаю, вопрос о том, кто потом будет Сайреса Смита из моря вылавливать, его соотечественников волнует очень мало.



И оба "старших" погибают: один - несколько шутовским образом (этот кадр - одно из немногих, что мне понравилось в фильме, ибо пробка, вынутая у него из соответствующего места, хлопает очень внятно)...



...а второй - с героизмом и безумием, делая несколько последних шагов перед окончательным бабахом...



А младший Аронакс, конечно же, спасается, как тот Измаил - Кейб с ныряльщицей его подберут на одном из маленьких аппаратов



Теперь никто не верит, что «Наутилус» существовал не только на страницах романа мистера Верна. Каждый день теперь я смотрю на океан, надеясь, что Мара или ее отец неожиданно появятся. Но, если даже они выжили, зачем им снова подниматься на поверхность?

В общем, из последнего фильма выводы напрашиваются нерадостные: если по двум прежним фильмам можно было отнести изменения в сценариях к влиянию соответствующих идеологий, и их было интереснее разбирать, то здесь эти изменения рассчитаны на некую бездумность зрителя, на его стремление к легким путям. При этом вроде бы как сложность моральных оценок и налицо (та же двойная трактовка идеи свободы), но сама доля отсебятины, которая потребовалась команде фильма, переводит количество в качество. Получается, на материале книги разобраться с этими ситуациями... не то чтобы невозможно, но отчетливо слышится посыл "зритель на это не пойдет, ему надо чуточку редуцировать". И мне, наверное, жаль, что для этого был выбран именно этот первоисточник. Лучше бы сняли еще один фильм про безумного ученого :)

URL комментария

@темы: Экранизации, Жюль Верн

Комментарии
2014-01-25 в 17:55 

Лиза Грелль
Я очень люблю ЛЮДЕЙ!! Я бы даже их ел, если бы это не осуждалось обществом (c)
какой же ужас!

   

Жизнь и искусство в стиле "Adventure"

главная